Новое искусство света и цвета Григория Иосифовича Гидони | Музей истории ГУЛАГа
Статья

Новое искусство света и цвета Григория Иосифовича Гидони

Светоживопись или «новое искусство света и цвета» в XX веке — закономерный итог развития идеи синтеза искусств. Для своего воплощения данная идея должна была пройти две стадии развития. В первой, «теоретической» стадии, искусство было осмыслено как свободная игра творческих возможностей (XIX век); во второй, «практической», визуальное искусство уже располагало готовым арсеналом технических средств для реализации конкретных творческих задач (XIX–XX вв.).

Попытку построения теории синтеза искусств впервые всерьез предприняли немецкие романтики. В частности, писатель и драматург Фридрих Шиллер («Письмах об эстетическом воспитании человека», 1795) и философ Фридрих Шеллинг («Философии искусства», 1805).

В основе правильного воспитания всесторонне развитой личности Шиллер видел игру, поскольку «именно игра и только игра делает человека совершенным»[1]. В игре каждой грани личности, каждой стороне человеческой натуры дается "право голоса". Подобно этому и искусство не должно отражать грани жизни в отдельных областях или направлениях, но должно стать синтетическим целым, как пишет Шеллинг, новым художественным мифом. Композитор Рихард Вагнер одновременно с разработкой теории музыкальной драмы впервые предпринял попытку воплотить идеи синтеза искусств в новой опере, подтвердив мнение романтиков о том, что именно музыке суждено стать искусством будущего. В дальнейшем оказалось, что материальной средой нового синтетического искусства может быть не только звук, но и свет, который по своим физическим характеристикам является идеальной субстанцией выражения самых сложных творческих замыслов. Свет — не только начало всякой зримой формы, но своеобразная «точка соприкосновения» духовного и материального миров. На эту особенность света указывал еще средневековый философ XII века Роберт Гроссетест в сочинении «О свете или о начале форм».

Процесс разработки новых изобразительных средств в искусстве, особенно в области светопроекции, развивался достаточно медленно. Уже в позднем средневековье были известны простейшие проекционные устройства — камера обскура и так называемый «волшебный фонарь».

«

В XVII веке данные устройства были усовершенствованы и применялись не только для мистификаций и развлечений, но и для научных целей. В 1779 году доктор, позднее революционер Жан–Поль Марат стал проповедником научного обучения с помощью проецирования, используя «солнечный микроскоп» – вариант волшебного фонаря, который позволял проецировать не только изображения на стёклах, как камера обскура, но и сами предметы в цвете и движении [2].

»

В 1876 году, незадолго до появления кинематографа, французский художник и изобретатель Эмиль Рейно, соединив простейшие устройства для демонстрации движущихся рисунков, — зоотроп и волшебный фонарь, создал первые сюжетные мультипликационные фильмы. Основная новаторская идея состояла в том, чтобы заменить цилиндр зоотропа мягкой лентой с укрепленными на ней рисованными картинками. Так возник один из первых оптических театров в Европе. Наконец, в 1895 году братьями Люмьер был запатентован первый киноаппарат («Проекционный кинетоскоп»).

В XX веке с появлением электрических устройств — проекторов, музыкальных установок, а позднее и электроники, возможности визуального искусства стали поистине безграничны. Европейский авангард стал первым «полигоном испытаний» новых возможностей искусства. Эксперименты производились в области музыки (А.Н. Скрябин), живописи (К.С. Малевич), театра (В.Э. Мейерхольд). Ожидаемое «новое искусство» должно было обращаться ко всем органами чувств и разрабатывать новые способы восприятия реальности. Речь шла не только о синтезе света и звука, слова и жеста, музыки и пластики, но об акте творчества как мистериальном действии, объединяющем мифологию, религию и философию.

31 августа 1925 года ленинградский график, историк искусства и изобретатель Григорий Иосифович Гидони запатентовал «Приспособление для получения световых декораций на прозрачном экране» (электрический светооркестровый аппарат Photo Chromo Piccolo Primo), которое планировалось использовать в современных театральных постановках. Позднее Гидони рассказывал, что на идею создания данного устройства его вдохновила картина Доменико Эль Греко «Толедо в грозу» (около 1600 г.).

not loaded

«

В дальнейшем принципиальная творческая позиция Гидони состояла в том, чтобы отказать от проекции света на экран. Таким образом, зритель погружается в пространство «фотосферы», становясь сопричастным театральному действию: эта «симфония свето-краски» должна была протекать не на каком-либо экране, но как-бы пронизывать все существо слушателя, усиливая звуковые восприятия, воздействуя параллельно последним[3].

»

not loaded

Как и многие художники его времени (А. Скрябин, А. Ласло, Й. Хауэр, Т. Уильфред, А. Шёнберг, В. Кандинский, В. Баранов-Россине, М. Матюшин, Л. Термен), Гидони строил теорию нового искусства, основанного на визуализации звуковых эффектов и отношении звука и света (синестезии), но предложенный им проект был более масштабен: новое искусство должно не только стирать границы между искусствами классическими (живопись, музыка, поэзия, театр), но положить в свою основу разделы многих точных и естественных наук (оптику, фотометрию, светотехнику, электродинамику, физиологию, психофизику, биологию, медицину).

Главным инструментом искусства будущего должен стать свет. Так возникает замысел создания «свето-живописи», «свето-музыки», «свето-архитектуры», «свето-хореографии». Все эти направления объединятся, с одной стороны, в идее «свето-театра», где разыгрывались бы представления света и цвета со звучанием, пластикой, декламацией, кино, архитектурой, с другой – в идее создания Института Света и Цвета, а также разработки свето-технологий в качестве полноценного научного направления. Теоретические обоснования данных идей были изложены в книге Г.И. Гидони «Новое искусство света и цвета» (Ленинград, 1930 год).

Свет в Советской России 1920-х годов в буквальном смысле стал символом революции, символом развития, модернизации и просвещения. Мир будущего был объявлен фразой Ленина: «Коммунизм есть Советская власть плюс электрификация всей страны!». Электрификация понималась не только как бытовое удобство и основа индустриализации, но как новая технология будущего мира коммунизма и всеобщего процветания.

В июне 1925 года в Государственном институте искусствознания Гидони выступает с докладами: «Свето-оркестр, или использование света в применении к музыке» и «Свето-красочность как особый вид искусства». 26 мая 1928 года в Большом конференц-зале Академии наук СССР в Ленинграде состоялся Первый вечер искусства света и цвета, посвященный Эль Греко и Александру Скрябину, творчество которых, по мнению Гидони, имело большое значение для рождения искусства света и цвета.

not loaded

В 1926 году Г. И. Гидони в соавторстве с Н. С. Могилевским создает модель светового памятника В. И. Ленина, а в 1927-ом — памятника Октябрьской революции, представленном на юбилейной сессии ЦИК СССР в Ленинграде с 15 по 20 октября.

«

По проекту, каждая из частей памятника должна была служить прикладным целям: внутри железной конструкции, представляющей собой нижнюю часть серпа, и в стержне молота располагается многоэтажное помещение для устройства выставок. Центр проекта — гигантский глобус из матового стекла — вместит в себе громадный театр на две тысячи посетителей. Прозрачный глобус будет одновременно являться и светооркестром, выполняя при помощи сложных механизмов постоянно меняющуюся гамму цветов. Находящиеся на балконах верхней галереи и вышки зрители смогут видеть идущую в театре пьесу наряду с находящимися внутри глобуса [4].

»

В 1930 году Гидони получает патент на светоцветовой распределительный пульт. Ранее в журнале «Экран» за 23 января 1927 года была помещена схема «клавиатуры светокрасочного аппарата Гидони», представляющая собой один из вариантов данного устройства.

«

Восемь градаций освещенности на схеме пронумерованы римскими цифрами. Три столбца Color (с арабскими цифрами), исходя из пояснений автора, представляли общую гамму цветов: 1, 2, 3—желтые; 4, 5, 6—оранжевые; 7, 8, 9—красные; 10, 11, 12—фиолетовые; 13, 14, 15—синие; 16, 17, 18—голубые; 19, 20, 21—зеленые; 22, 23, 24—зеленовато-желтые [5].

»

В 1933 году выходит книга Григория Гидони «Гюстав Курбэ. Художник коммунар», на обложке которой в цветном варианте помещена схема пульта.

11 октября 1937 года Григорий Иосифович Гидони был арестован по обвинению в участии в «шпионско-диверсионной организации действующей на территории СССР в пользу Японии» (ст. 58-6-11 УК РСФСР, «Дело харбинцев»). 2 ноября 1937 года осужден к высшей мере наказания. 10 ноября 1937 года расстрелян.

Значительная часть рукописей, живописных, графических работ и фотографий конфискованы во время ареста и «уничтожены путем сожжения» (акты дела П-32718, хранящегося в Архиве УФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области).

Жена Г. И. Гидони, – Вера Ивановна Раман, после расстрела мужа была арестована и выслана в Башкирию. Сын Клер умер от голода в первую блокадную зиму. Младший сын Александр после детского дома учился на историческом факультете ЛГУ (1956), а в год его окончания поступил на филологический факультет. В апреле 1957 года Александр был осужден ст. 58-10 на два года исправительно-трудовых лагерей. Впоследствии эмигрировал в Канаду (1975).

Библиография

1. Шиллер Ф. Собрание сочинений в семи томах. Т. 6, Письма об эстетическом воспитании человека, (Письмо 15) С. 301

2. Садуль Ж. Всеобщая история кино. Т. 1., М. 1958. С. 137

3. СПб ФА РАН. Ф. 2. Оп.I-1926. Ед. хр. 7. Часть II. Л. 137–164

4. Браудо Е. Свет и музыка // Огонек, 1928, № 40, С. 16

5. Колганова О. «Первый вечер искусства света и цвета Г. Гидони» // OPERA MUSICOLIGICA №4 [34], 2017.