Борис Крейцер: биография
Добро пожаловать в Большой музей!
Здесь музеи рассказывают о себе по-новому. Знакомьтесь с экспонатами, читайте истории о связанных с ними людях и событиях, изучайте важные понятия. Мы приводим вас к музеям, а музеи к вам.
search

Вещдок. Папка с эскизами

Борис Крейцер: биография

© Борис Крейцер. Иллюстрация к пьесе Карло Гоцци «Король-олень». Издательство «Искусство». 1979 год

Вещдок. Папка с эскизами

Борис Крейцер: биография

Работы книжного художника-графика Бориса Крейцера хранятся и в Третьяковской галерее, и в Русском музее. А книги с его иллюстрациями у многих из нас есть дома – среди них, например, «Гаргантюа и Пантагрюэль» в детской адаптации Николая Заболоцкого, «Король-олень» Карло Гоцци и многие, многие другие. Больше всего Крейцер известен книжными иллюстрациями, но он успешно работал и с плакатом, и с фарфором, и с предметами прикладного искусства.

Борис Крейцер. Иллюстрации к «Учителю танцев» Лопе де Вега © Личный архив Бориса Крейцера

Несмотря на его живой и остроумный художественный стиль, история Бориса Крейцера – совсем невеселая. В статьях и биографиях в советское время писали иносказательно: «после долгого двадцатилетнего перерыва вернулся в профессию». Сегодня можно сказать прямо.

В конце 30-х годов, во время разгула политических репрессий, Крейцер был осужден за так называемый «шпионаж», а после освобождения еще долгое время должен был находиться в ссылке, не имея возможности вернуться в Ленинград.

От того периода у него и осталась та «папка с эскизами веселых, остроумных, ярких токарных игрушек», сделанная заключенным художником-конструктором Борисом Крейцером в Севжелдорлаге по заказу НКВД, которой посвящена выставка.

Борис Крейцер. Эскиз игрушки © Музей истории ГУЛАГа

Борис Крейцер родился в 1905 г. в Грозном, где после окончания Петербургского университета работал его отец, кандидат естественных наук Генрих Давидович Крейцер – специалист по асфальту, битуму, асбесту, пластмассам и лакокрасочным материалам (здесь и далее в изложении биографических сведений мы опираемся на изыскания Анатолия Яковлевича Разумова).

Из Грозного семья вернулась в Петербург. В детстве Борис много болел и лечился на курортах в Германии, Швейцарии, Франции. В Петрограде будущий художник учился в известном коммерческом училище Шидловской, после Революции – поступил во ВХУТЕМАС, а затем и в Академию художеств, где окончил четыре курса архитектурного факультета.

Художник Борис Крейцер в детстве © Личный архив Бориса Крейцера

После революции бабушка и дядя Крейцера – известный пианист и преподаватель Леонид Крейцер – остались в Берлине. Тетя Бориса жила с детьми в Париже. А троюродный брат, Александр Шершевский, жил в Германии, но в 1932 году вернулся в Россию, работал библиографом Дома техники и переводчиком в Центральной лаборатории проводной связи (в 1936 году Александра арестовали). Дядя, Леонид Крейцер, вернулся из Германии в 1934 году, а потом уехал в Японию.

В той же коммунальной квартире, что и Борис, жил японский преподаватель Института живых восточных языков Икеда Хисао. По поручению Ленинградского союза архитекторов и при содействии Всесоюзного общества культурной связи с заграницей (ВОКС), Борис Крейцер не раз помогал принимать архитекторов из Великобритании, Румынии, Польши, Франции.

Леонид Крейцер в Японии. 1950-е годы © Wikimedia Commons

Из-за этих «связей с иностранцами» Борис Крейцер в логике сталинской репрессивной машины неизбежно попадал в зону особого внимания НКВД. Его многократно вызывали.

Так, в январе 1937 года Крейцера подробно допрашивали о всех родственниках и знакомых, о встречах с иностранцами, о его «неправильных суждениях о советской архитектуре». Осенью 1937 года выясняли, нет ли у него связей с лицами из иностранных представительств, но таких связей не обнаружилось.

Тем не менее, в феврале 1938 года против Крейцера было выдвинуто обвинение в том, что он «занимается шпионской деятельностью в пользу Японии».

Следователь сочинил обвинительный акт: согласно этому акту, художник Крейцер собирался взорвать Балтийский завод и был японским шпионом. Потом следователь зачеркнул эту формулировку и поверх написал «немецким шпионом, по национальности немец». А в так называемом «признательном» протоколе допроса и в обвинительном заключении Крейцер оказался немцем, уроженцем города Бинц, сыном акционера и «резидентом японо-германского центра».

Наивное желание следователя «для убедительности» приписать человеку с немецкой на слух фамилией еще и шпионаж в пользу Германии впоследствии помогло Крейцеру избежать расстрела. По инструкции, каждого из осужденных тщательно допрашивали, и при расхождении данных расстреливать было нельзя. Когда выяснилось, что Крейцер еврей, а не немец, и родился в России, а не в Германии, его «отставили от операции» – это была уже осень 1938 г.

Однако, несмотря на вопиющие расхождения в данных, Крейцера, конечно, не отпустили. Дело отправили на рассмотрение Особого совещания, и художнику дали 8 лет лагерей за «шпионаж».

Свой срок Борис Крейцер отбывал в Севжелдорлаге (сейчас это Республика Коми), где работал инженером. 27 июля 1946 г. он был освобожден и переехал в Сывтывкар, где встретил свою будущую жену – чертежницу Тамару Клюкину. Вместе они уехали в Псков, где Крейцер смог устроиться на работу архитектором.

Вскоре начались аресты «повторников» – тех, кто уже отсидел свой первый срок, и Крейцера отправили на вечное поселение в Красноярский край, в Норильск. Его пытались вербовать в осведомители, а когда он отказался, отправили из Норильска в Дудинку.

Крейцер добивался своей реабилитации много лет, и добился в 1956 году. После этого он вернулся в Ленинград, устроившись на работу иллюстратором.

Он был уже немолодым человеком – но оказался смелее многих в своих остроумных и оригинальных книжных решениях. Оформленные им книги запоминались, уводя читателя в несоветский, игровой, карнавальный мир (далее в рассказе о книгах Крейцера мы во многом следуем статье Эдуарда Кузнецова «Театр Бориса Крейцера»).

Борис Крейцер. Иллюстрации к Рабле © Издательство «Детгиз»

Одной из его ярких работ стала иллюстрированная сказка Карло Гоцци «Король-олень». К тому моменту Крейцер уже много иллюстрировал классику и переводную литературу – от Рабле до альбомов классической живописи, от либретто джазовой классики («Порги и Бесс» Гершвина) до популярной книжки по технике и альманаха «Хочу все знать».

Борис Крейцер. Иллюстрация к книге Карло Гоцци «Король-олень» © Издательство «Искусство»

Иллюстрации к «Королю-оленю» напоминают театральный спектакль. У Гоцци в пьесе все в масках, все играют. Все перепутано, все смешано, все непостоянно. Так и у Крейцера: дерево изображает человека, и олень – человек, и даже из-под маски попугая смотрит человечий глаз. Все не всерьез, все праздник и путаница, в которой не разобраться без заботливых пояснительных надписей, чья наивная рационалистичность неуловимо обращает нас к отдаленному XVIII веку.

Борис Смирнов и Борис Крейцер. 1933 год © Из архива Б.А. Смирнова

Борис Генрихович Крейцер умер в 1979 году. Несмотря на профессиональный успех, полностью оправиться от лагерного опыта он так никогда и не смог.

Дополнительные материалы:
Борис Крейцер: книжная графика
Борис Крейцер: книжная графика
Статья
Иллюстрации Бориса Крейцера к книгам Самуила Маршака, Карло Гоцци, Франсуа Рабле и д...
Борис Крейцер: игрушки для НКВД
Борис Крейцер: игрушки для НКВД
Статья
Папка с эскизами, рассказавшая невероятную историю Бориса Крейцера
Севжелдорлаг
Севжелдорлаг
исправительно-трудовой лагерь
Вещдок. Папка с эскизами
Вещдок. Папка с эскизами
Выставка
Выставка художника Бориса Крейцера